СтатьяДЕСАНТ НА ТОЛСТЫЙ МЫС - ШАГ В БУДУЩЕЕ

 

     ДЕСАНТ НА  ТОЛСТЫЙ МЫС – ШАГ В БУДУЩЕЕ

 

     Елена Труфанова, методист Краеведческого музея о высадке первого десанта строителей на Усть-Илим и о его руководителе Иннокентии Перетолчине.

 

     Иннокентий Перетолчин родился в 1926 году в селе Прокопьево Нижнеилимского района в большой семье. Коренной сибиряк, им и оставался всю жизнь.

     Закончив семилетнюю школу, в 1944 году ушёл в армию. Служил на Дальнем Востоке и участвовал в урегулировании военного конфликта с Японией. Служил в танковых частях.

     Домой вернулся женатым человеком. Молодую жену – Анну -  привёз из Владивостока. Увидев деревню, она рыдала несколько дней, а потом смирилась. Дочь Светлана Иннокентьевна до сих пор недоумевает, как мама решилась на такой шаг: сменить обустроенную жизнь в большом городе на деревенский быт. Но Анна Петровна ехала за любимым человеком, который умел убеждать. И это умение ещё не раз пригождалось ему в жизни.

     В 1956 году семья переезжает в Братск. В конце пятидесятых эта стройка гремела на всю страну. Обстоятельность и трудолюбие Перетолчина очень пригодились на строительстве.  После окончания вечерней школы, он заочно учился в Московском институте на факультете журналистики.  В Братске Иннокентий Николаевич совершенно сознательно вступил в партию, возглавил бригаду бурильщиков. Настоящим трудовым подвигом бригады стала прокладка под руслом Ангары туннеля для высоковольтного кабеля.  Об этом снимали фильм и писали очерки.

    В семье Иннокентия Николаевича к тому времени росло уже две дочери. Жили в своём хорошем доме. Казалось, что быт налажен, о чём ещё можно мечтать.

Но в Братске всё чаще и чаще стали говорить об Усть-Илиме. Что это такое - никто не знал. Но многие хотели туда попасть. В доме Перетолчиных чаще стали собираться друзья отца, сидели за столом, много говорили, спорили.

 

     За право быть участниками десанта на Усть-Илим в Братске шло настоящее соревнование. На Братской площадке строительство подходило к концу и всё чаще звучало это таинственное слово – Усть-Илим. Руководители Братскгэсстроя уже побывали там, поделились первыми впечатлениями от сурового края. От их рассказа молодых строителей ещё больше тянуло на новую стройку, от которой веяло романтикой.

     В соревновании победила бригада Перетолчина. Однако радостные победители даже не представляли,  что будет дальше. Неожиданно Иннокентия  вызвал Наймушин. Разговор был коротким.

     - Ну что поедешь?

     - Давно жду!

     Из кабинета начальника Братскгэссстроя Перетолчин вышел командиром десанта. Для него это было и почётное поручение, и ответственное партийное задание, которое он не мог не выполнить. Несколько дней народ ходил за ним толпами, люди просили записать в десант. Все мечтали попасть на новую стройку.  

     Два дня члены десанта мотались по складам, получали провиант,  брезентовые палатки, койки, комплекты белья, инструмент, словом, всё, что могло пригодиться на новом месте. И вот наступил час отлёта. Семеро счастливчиков отправились покорять Толстый мыс.

 

    Максим Ушацкий. Высокий, крепкий парень. Молчун, но дело делает на совесть. Владеет любым инструментом. Анатолий Субботин, закадычный друг Максима. В армии вместе служили. Балагур, весельчак, болтун. Такой человек нужен был в десанте, тем более, что в работе любому сто очков вперёд даст. Евгений Александров, студент-заочник политехнического института. Умеет практически всё, и в чертежах разобраться и наряды закрыть. Григорий Притуло – техническая косточка. Запустит любую машину. Механизатор, шофер. Пётр Давыденко – плотник хороший. Попал в отряд одним из последних, ни разу командир не пожалел, что взял в десант. Михаил Ведерников. Слесарь-компрессорщик. С ребятами сошёлся трудно. Уехал потом с Усть-Илима не по своей воле: подрался по пьяному делу, и завели на него уголовное дело. Но вот взял его с собой бригадир. Правда, жалел потом, но дело было сделано. Самому командиру десанта Иннокентию Перетолчину было 36 лет. За плечами опыт и  достаточно сил для начала большого дела.

 

     23 ноября1962 года к створу будущего гидроузла  двумя рейсами прибыла первая группа рабочих гидростроителей.

    Ан-2 приземлялись около деревни Невон. Первопроходцев встретил Иван Петрович Сизых. Руководители стройки назначили его завхозом. Иван Петрович снарядил лошадку и  отправились к Толстому мысу, где расположилась первая резиденция строителей Усть-Илимской ГЭС – зимовье охотника Скворцова. Десантники начали обживаться. Поставили пять палаток, из бочек сделали печки. А тут пришёл праздник – День конституции. Его отмечали тогда пятого декабря. Анатолию Субботину пришла в голову идея: в честь праздника, в честь высадки десанта поднять над Толстым мысом красный флаг.

     Когда десант снаряжали, никому в голову не пришла мысль взять с собой кусок красной материи. Весь Невон перевернули, пока нашли кумач. Сшили полотнище три метра на два, на нём написали «СССР» и нарисовали серп и молот. Сделали длинный шест и полезли всем десантом на Толстый мыс. Снега было соснам по колено. Лезли часа четыре. Когда выбрались на вершину и огляделись, то всё вокруг показалось родным и знакомым: и стылая Ангара, и молчаливые Лосята. И тогда Перетолчин подумал: « В этих местах мой дом будет, наверное, навсегда» Так оно и вышло…

     Красное полотнище затрепетало на ветру. Это было 5 декабря 1962 года. Молодые строители дали троекратный залп из охотничьего ружья. Как по заказу пролетал самолёт из Братска. Увидев флаг над Толстым мысом, летчики снизились и помахали крыльями. Потом стало доброй традицией: летит самолёт из Братска, обязательно приветствует флаг, поднятый десантом Перетолчина.

     Через два дня  к первопроходцам приехала из газеты «Правда» фотокорреспондент Майя Скурихина. И очень огорчилась, что опоздала заснять такое важное событие, как поднятие флага над Толстым мысом. Посмотрел Перетолчин на своих ребят и предложил: «Ну что, постараемся ещё раз для истории». Поняли его парни и полезли на Толстый мыс ещё раз. И вместе с ними фотокорреспондент. Много фотографий она сделала. Потом их в газетах и книгах видели. Кстати, оказалось, что Майя Скурихина училась вместе с Перетолчиным на факультете журналистики.

     А потом закипела работа. Начал прибывать народ. Многие из первостроителей навсегда осели в Усть-Илимске. Перетолчин очень уважал и ценил тех людей, которые приехали и навсегда остались в Сибири, говорил, что они «проверены Севером».  Иннокентий Николаевич позже говорил, что остался благодарным Братску, Усть-Илиму, Наймушину за судьбу, которую они ему определили. Что именно его выбрали руководить десантом на Усть-Илим, хотя крепких  и грамотных бригадиров в Братске было много, но выбор пал на него. Перетолчин вспоминал: « Без Усть-Илима моя жизнь была бы намного беднее, едва ли я где-то ещё смог  пережить такие дни, месяцы и годы, какие довелось пережить здесь».

 

     Целый год семья Иннокентия Николаевича оставалась в Братске. Домой он  наведывался с короткими визитами. Подготавливал жену к скорому переезду. Анна Петровна не очень хотела покидать полюбившийся Братск, но муж рвался на новое место, хотел начать стройку с нуля. А она всю жизнь за ним, как ниточка за иголочкой, начиная с самой юности. Чтобы отрубить концы, в один их очередных приездов в Братск, продал дом.   Семья переехала на Усть-Илим в январе 1963 года. Сначала сняли в Невоне комнату. Дети стали посещать Невонскую школу. Родители жили в посёлке, а девочки пока так и оставались в Невоне. За ними присматривали хозяева. А вообще привыкали к самостоятельности. Мама пошла в Усть-Илиме работать, пока в семье не родился третий ребёнок, сын Николай.  Позже Перетолчин построил на берегу Ангары дом. Из Братска по зимнику на машине привезли вещи. Когда стали их разбирать, оказалось, что целой мебели почти не осталось, такая  тряская была дорога.

     По соседству от Перетолчиных поселился Фёдор Васильевич Романов. С ним рядом жили и в Братске. Его Иннокентий Николаевич буквально убедил поехать в Усть-Илимск. Говорил, что это ты сидишь, а другие едут на новую стройку. Убедил, и  Романов поехал.

Приехали на Усть-Илим и несколько человек из братской бригады Перетолчина. В том числе Николай Афанасьевич Иванов. С ним Перетолчин дружил, вместе ездили на рыбалку. Кстати, для Перетолчина рыбалка была лучшим видом отдыха. Мог на реке, в лесу провести весь отпуск. Он не любил ездить отдыхать в другие города. Бывали, конечно, командировки, когда учился, ездил на сессии в Москву. Но всегда с радостью и удовольствием возвращался домой и обязательно с подарками жене и детям.

     Первые годы Перетолчин на Усть-Илиме был всем: и завхозом, и отделом кадров. Занимался любой работой. Коллеги всегда отмечали его великую работоспособность, партийную принципиальность и скромность. Всю жизнь прожил в своей первой времянке на берегу Ангары. В ней побывали в гостях многие журналисты, приезжавшие на Усть-Илим в командировку, другие важные визитёры. Угощали их по-сибирски: рыбой, мясом, брусникой. Это всегда было в доме – хозяин запасал на зиму рыбу, ягоду, мясо.

      Несколько раз Перетолчину предлагали квартиру,  отказывался в пользу других.  Согласился на благоустроенное жильё только, когда стало совсем подводить здоровье.

     Умер Иннокентий Николаевич Перетолчин 19 апреля 2001 года. Именно он и шестеро его товарищей по десанту были первыми жителями Усть-Илимска.  Всю жизнь Перетолчин гордился своей причастностью к великому делу. Сегодняшний день Усть-Илимска подтверждает правильность его убеждений.

5 декабря 2012 года