СтраницаИстория

История Илимского острога

     В конце XVI века началось освоение русским народом Сибири. Оно открыло в истории нашей Родины одну из самых интересных и ярких страниц, наполненных  примерами величайшей стойкости и мужества. В течение 60 лет казачьи отряды фактически вели разведку путей и возможных маршрутов  в глубь Сибири. По мнению историков, первым европейцем, проникшим на территорию нашей области стал Пантелея Пенду. Это вольный человек, считающийся крупным путешественником XVII века. С 1620 по 1623 годы вместе со своими  сорока спутниками он совершил небывалое для того времени  путешествие по маршруту Енисейск – Туруханск – Нижняя Тунгуска – Лена – Ангара – Енисейск. За три с половиной года путешествия П. Пенда со своими спутниками прошел по рекам около  8 тысяч километров, из них две трети пути по Иркутской области. Поход Пантелея Пенды положил начало открытию русскими Восточной Сибири, он указал удобный путь от Верхней Лены на Ангару и доказал, что Верхняя Тунгуска и Ангара одна и та же река. Однако и грандиозный поход П. Пенды, и менее значительные по результатам промысловые экспедиции Максима Перфильева и Василия Бугор являлись лишь разведкой «неведомых землиц». 

     Началом истории Илимского края по праву считают  1630 год. Именно в этом году отряд  казаков под руководством Ивана Галкина поднялся по Ангаре до устья Илима и  поставил первый острог – Илимский. Закономерный вопрос, почему Илимский острог основан в Илимске? Ответ на него найден   в книге Анатолия Степановича Бубнова «Илимская пашня. Время перемен»: «… Люди испокон веков предпочитали сухопутному пути водный. Речка, постепенно уклоняясь к северу, уводила казаков в низовья  большой реки, по которой они продолжали плыть вниз по течению, то  есть на север, до первого правого притока, по которому можно было снова двигаться на восток. А время шло. И казаки вынуждены были  останавливаться на зимовки. Для своей безопасности строили остроги».

       Вначале Илимский острог был устроен, как  небольшое «зимовье по-промышленному» на 10 человек.  Он представляло собой «курную» (с печью без трубы) избу с сенцами, с плоской крышей и маленькими окнами. В этой же книге описывается малоизвестный факт - «…зачинателем освоения Илимской пашни был Ерофей Хабаров, занявшийся хлебопашеством на Илиме и Лене в 1632-1640 годах, что надолго превратило Илимск в базу снаряжения отрядов землепроходцев, устремившихся к Тихому океану». В 1647 году    зимовьё  было укреплено и превратилось в настоящий острог, который долгое время имел стратегическую важность для Руси. Во-первых – он позволил не одному поколению землепроходцев и путешественников уверенно продвигаться в глубь Сибири, получая хлеб и  следопытов. Например, в Илимске снаряжал свои экспедиции на Аляску Витус Беринг,  не миновал Илимск также и Семен Дежнев. Во-вторых, с Илимского острога шло снабжение хлебом всего северо-востока континента, вплоть до Камчатки. Также Илимск приносил крупный доход государству в виде десятой части всех экспортируемых на запад соболей. В – третьих,  острог стал обширной опытной сельскохозяйственной станцией, где шло испытание земледельческих приемов в своеобразном приречном горно-таёжном районе и очень суровой климатической обстановке. «Первые заморозки могли наступить в середине-конце августа. В одном из документов, сохранившемся в архиве, есть запись: «Минувшего июля 21, 22 и 23 чисел сего лета по утрам от воли божией были превеликие морозы, от которых у них, у крестьян, как хлеб разного звания, так и всякие ж огородные овощи и семена конопляные все позябли», так пишет  ученый  и исследователь Сибири - Вадим  Шерстобоев в своей книге «Илимская пашня».

      Несколько лет Илимский острог подчинялся якутскому воеводе. Лишь в 1649 году острогу был пожалован титул города, и он стал административным центром большого воеводства, площадь которого достигала 305000 км2 Он имел свой герб с изображением соболя, стрелы и звезды - символами богатства, силы и благосостояния. В книге «Илимская пашня» приводится описание укрепления, которое впервые дал   первый Илимский воевода Тимофей Шушерин   «… имел 3-саженную проезжую башню и глухую башню в 21/2 саж. Длина стен острога, не считая башни, составляла 119 1/2 сажен. Внутри укрепления находились: церковь во имя Спаса, государев двор, где жил воевода, съезжая изба, таможенная изба, хлебные житницы, соболиный и соляной амбары, дом черного попа Филарета, тюрьма, атаманская старая изба и изба тюремного сторожа и воротника». Место для острога было выбрано неудачно. «Местишко малое, меж высокими каменными крутыми невъезжими горами, подле ручей»- писал царю воевода Оничков.  Острог был не только тесен, но и неудобен для защиты. Илимск  того времени был только административным центром – служилые люди и примыкающие к ним группы составляли почти 80% всего населения острога. Ни крестьян, ни посадских почти не было».

         В 1666 году  укрепление острога сгорело до основания. Огнем, по всей видимости, были уничтожены и документы, находящиеся  в остроге, поскольку в архиве очень мало сведений за этот период. Поздней осенью того года дела принял Аничков Сила Осипович, правивший довольно долго – десять лет. Он силами служилых людей  к 1669 году  заново отстроил укрепление на другом месте. «Новый острог представлял деревянное (сосновое) укрепление, включавшее 8 башен, крытых двойным тесом, в том числе 3 проезжих, и стены из стоячих бревен, общей длинной в 139 сажен. Внутри острога были воздвигнуты: церковь во имя Спаса, воеводский двор, съезжая изба, соболиный амбар. Ниже и выше острога раскинулся  посад с домами служилых и торговых людей, казаков и промысловиков. Там располагались: 103 двора, поварня, пивные избы, кабацкий двор, 8 лавок, казенная мельница. На два километра вдоль реки протянулся Илимск. Восемь башен охраняли острог, верхний и нижний посады. За острогом находился кружечный двор, откуда производилось продажа вина и пива» -  ( из книги «Ангарский каскад»). Чертеж нового острога не сохранился. Из построенного Аничковым острога осталась одна Спасская башня. Долгое время она ни кем не  охранялась, и ее разваливающиеся стены жители использовали  на дрова.

       В 1694 году Илимский острог подвергся перестройке, потому что  стены между башнями, настолько обветшали, что «острог во многих местах погнил и вывалился». Поэтому воевода Григорий Грибоедов предпринял крупные работы по восстановлению острога.

           Сколько селений было в Илимском остроге?

        Первоначально Илимское воеводство насчитывало 32 селения, в которых  числилось 84 пашенных крестьянина, не считая служилых и женщин. В 1699-1700 г.г.  по описной книге последнего Илимского  воеводы Ф. Качанова в Илимском воеводстве было 956 дворов и 281 селение. Интересный факт, что из них: однодворовые деревни составляли 32% (86 селений), двухдворовые-28,2% (76 селений) и трехдворовые -14,1% (38 селений). Крупных деревень с 10-27 дворами и больше было 5,6%, в том числе Илимск - 63 двора. Величина селений, не случайный показатель, а мелкие однодворовые деревни вовсе не курьёз прошедшего времени. Расселение мелкими однодворовыми деревнями позволило русским разрешить необычно сложную задачу – быстро освоить обширные владения, превратить безымянные географические пространства в волости и уезды. В своей книге «Илимская пашня» Шерстобоев В.Н. пишет «… средняя крестьянская семья состояла из 11 человек. Основную часть  дворов -54%- составляли семьи  от 7 до 12 человек, 12% - свыше 17 человек. Были семьи в 20,30 и 35 человек. Семей в 3-4 человека было только 5% и в 2 человека – 0,7%».

      Перепись 1723 года  дает полное представление о главных группах Илимского населения.  На первом месте находится группа служилых людей всех наименований.  На втором месте оказываются посадские люди (городские жители).  Остальные слои населения занимали подчиненное место. Заметную долю в населении составляли судовые плотники, которые обслуживали постройку государственных судов, предназначенных для сплава грузов в Якутск, церковники, деклассированные и прочие слои (гулящие). Большинство из них поставляло рабочую силу, главным образом батраков. Дома в Илимске рубили из сосны. Диаметр бревен для строительства домов  выбирался от 28 до 30 сантиметров, и простоять они могли более 300 лет.  

      Чем жили в Илимске?   Лес был главным  источником  жизни для жителей Илимска, так как коренное население – эвенки (тунгусы) сельским хозяйством вообще  не занимались, жили охотой и рыбной ловлей. В тайге можно было встретить: соболя, белку, зайца, дикого северного оленя, горностая, изюбря, глухаря, тетерева, рябчика, лося (по-местному называемого сохатым), кабаргу, рысь, косулю, росомаху и  всегда много в нашей тайге было медведей. На пушной промысел большинство мужчин уходили со второй половины октября, некоторые за 100-200 км. от дома. Лучшие шкурки соболя можно было продать за 20-30 рублей за шкурку, а отдельные могли оцениваться фантастическими суммами для простого человека в 400, 500, 550 рублей (при  годовом  жаловании казака 5 рублей). Каждая русская семья имела свои охотничьи угодья, которые передавались по наследству от родителей к детям. Ещё в начале века купцом Черных был основан кожевенный завод, где перерабатывались шкуры домашних и диких животных. Поэтому лосей и оленей добывали не только  ради мяса, но и  ради шкур. А из выделанных шкур в местной мастерской шили обувь.  Летом, весной, осенью почти все занимались рыболовством. Рыбы было много: щука, налим, таймень, ленок, сиг, хариус, окунь, елец, сорога, осетр, стерлядь.

         В виду недостатка пашни илимские крестьяне вынуждены были заниматься кроме хлебопашества и другими промыслами. Некоторые занимались извозом по Ангаро-Ленскому тракту. «В архивах есть сведения о том, что в 1675-1677 годы через Илимск в Москву и обратно проезжало китайское посольство, но так как плыть на лодке через ангарские пороги небезопасно, а обходить пороги пешком по берегу послам нельзя, то приходилось им плавать в лодках и по воде, и по суше. Вот и везли послов в лодках по реке до Илимска, затем тащили лодки с послами по волоку на Ангару двое суток и снова спускали лодки на воду до следующего волока » - читаем в «Илимской пашне. Время перемен» А. С. Бубнова. Так же сохранились сведения о том, что жители деревни Шестаковой варили соль, используя для этого соленую воду ключа, вытекающего из-под горы возле деревни.

          Кто были те, что стали первыми жителями Илимских  мест?

       В первых рядах, конечно же,  первопроходцы. В отряды отбирались молодые, физически крепкие люди, которые впоследствии отличались завидным долголетием, прожив до 100-120 лет. Один историк сообщает о сподвижнике Ермака, прожившем до 1666 года. А поскольку казаки в дальние походы не брали женщин, то естественно, что многие служилые люди со временем оседали на одном месте, найдя себе жен среди аборигенов. Вслед за ними на новые земли пошли добровольные переселенцы. Не выдержав крепостного гнета, крестьяне «удалялись в бега», собирались в ватаги и уходили в недоступные для угнетателей края.

      Заселение Илимского края далеко не всегда носило добровольный характер.    По указу  правительства – за большую провинность вместо тюрьмы, определять наказание, как ссылку «на поселение в Сибирь».  И Илимск  превращается в место ссылки особое опасных государственных преступников. Таким образом, население одной только Карапчанской волости, к которой  относился и Невон, в 1785 году составило 565 ревизских душ (то есть мужчин) и 563 женщины. Родилось в том же году 108 человек. Известно даже, что состоялось 41 бракосочетание.

       В 1790 году в Илимск угодил и «первый русский революционер» А.И. Радищев, отправленный Екатериной II за свою «бунтарскую» книгу «Путешествие из Петербурга в Москву». Шесть лет пробыл Радищев в Илимском остроге.  В одном из своих писем из илимской ссылки он назвал Илимск «погибельным краем».

       Много ссыльных жило почти по всем деревням Илимского края. Местное население почему-то называло их варнаками, хотя относилось к ним довольно дружелюбно. Очевидно, сказывалось то, что большинство старожилов попало сюда не по своей воле. Ссыльным приходилось довольствоваться скудным государственным пособием, рыбной ловлей да безружейной охотой. В книге «Илимская пашня. Время перемен» А.С Бубнов пишет: «Старики рассказывали, как один ссыльный поляк, живший на поселении в селе Невон, нашел себе способ добывать пропитание.   В 10 километрах от Невона выше по течению Ангары, там, где сегодня поднялась плотина Усть-илимской ГЭС, посреди реки возвышались над водой три двадцатиметровых скалы-острова. Поляк на верхнем изголовье одного острова соорудил шалаш, в котором жил все лето, ожидая подаяния от проплывающих мимо путников, но не безвозмездно. Завидев вдалеке плывущую лодку, добровольный Робинзон выходил на «лоб» острова и начинал играть на скрипке. Над водой, между крутых речных берегов, как по трубе, музыка слышна на несколько километров. Естественно, что после такой встречи путники делились с музыкантом последним».

      Многие ссыльнопоселенцы нашли себе жен среди местного населения, появилось поколение сибирских метисов. Так ссылка превратила Сибирь в самый интернациональный край страны.

     Из всех районов Иркутской области самая сложная и трудная судьба выпала на долю Нижнеилимского района, а особенно заштатного города Илимска. После постройки Московского тракта в 1760 году значение Илимска стало быстро падать, а после того, как в 1898 году в Иркутск пришла железная дорога, Илимск и вовсе оказался на задворках истории. Центром губернии становится Иркутск, центром уезда – Киренск, а Илимск получает статус заштатного города.

       Около 150 лет Илимск был центром обширного края, именуемого Илимской пашней. История возникновения Илимской пашни подробно описана профессором Иркутского института народного хозяйства В.Н. Шерстобоевым в его двухтомном труде «Илимская пашня», изданном в 1949 и 1957 годы. Когда началась подготовка к строительству Усть-Илимской ГЭС, Шерстобоев приехал в Нижнеилимск для сбора материалов о современном положении сельского хозяйства в долине Илим. Полученных в районных организациях данных ему хватило для составления обоснованной записки в центральные органы власти в защиту Илимской пашни от затопления водохранилищем Усть-Илимской ГЭС. Но победила ведомственность. Не помогли никакие авторитеты профессора Шерстобоева, академика Окладникова и других видных ученных, обратившихся с письмами в самые высокие инстанции с просьбой сохранить долину Илима, не затоплять уникальную Илимскую пашню.   Судьба Илима была предрешена. Илимская пашня ушла на дно Усть-Илимского водохранилища.

         При погружении илимских берегов под воду зрелище было поистине апокалиптическим, как в жутком сне: плыли не только бревна, но и части построек, еще сложенные в срубы, плыли деревянные сундуки, разная утварь, посуда, скамьи, столы, стулья и, самое страшное, - надмогильные кресты и гробы, то целиком, то открытые, то лишь крышки от них…

    Александр Дмитриевич Кузнецов, бывший выпускник Иркутского университета,  в своем стихотворении отразил всю боль илимчан:

Покорили давно россияне
Непокорную землю Сибирь.
В град-Илимске срубили селяне
Деревянный острог-богатырь.
И встречая илимские зори,
Пламенел над рекою острог.
В нем – начало сибирских историй,
Новой жизни далекий пролог.
Мастера куполов седовласых
Отложили на время топор:
Нарекается именем Спаса
Пятиглавый высокий собор.
В теремах берендеева царства
Колокольный плывет благовест,
В деревянном лесном государстве
Православный возносится крест.
Но ушло колокольное время,
И звонарь свое дело забыл.
Дрогнул храм и упал на колени,
Но в падении нас не простил.
На Илимской земле повторился
С Божьей воли библейский потоп:
Мир старинный на дно погрузился,
Нет острога, нет дедовых троп.
На воде ликование лилий,
У Илимска другие черты.
Я смотрю в небосвод черно-синий,
Там исчезли мои алтари.
Мир исполнен мольбы и проклятий,
Содрогаются лики икон,
С берегов и могильных распятий
Стон…стон…стон

Составление герба для Илимска приписывается Ф. Санти. Правда, сведений об утверждении этого герба нет. Герб в общем повторяет композицию печати: "В голубом поле, бегущий в правую сторону соболь, вверху которого звезда, а внизу - стрела".

 

Печать Илимского острога 1705 года: "На Илимской: под соболем стрела, а над соболем репей, а около вырезано: "Печать Государева Ленсково волоку Илимского острогу".

Изображение печати Илимска приводится в книге В.Н.Шерстобоева. В "Илимских ведомостях" 1769 г. сказано: "…город Илимск герб имеет единственно на казенной печати: соболь, сверху звезда и под ним стрела...".

 

Библиография

  1. Зуев, А. С. Сибирь : вехи истории (ХVI XIX вв.) : Учеб. пособие для старших кл. общеобразоват. учреждений. – Новосибирск «ИНФОЛИО-пресс», 1998. – С. 49.
  2. Ковалев, А. Я. Ангарский каскад / Алексей Яковлевич Ковалев. – М.: Стройиздат, 1975. –С. 226-257.
  3. Никитин, Н. И. Освоение Сибири в ХVII веке: кн. для учащихся / Николай Иванович Никитин. – М.: Просвещение, 1990. – С. 29-31.
  4. Окладников, А. Открытие Сибири / Алексей Павлович Окладников. – М.: Молодая гвардия, 1979. – С. 161-187. – (Эврика).
  5. Усть-Илим – мечта, судьба и счастье: очерки, воспоминания, стихи. Иркутск: Изд-во ГП «Иркутская областная типография № 1», 1998.-С. 26-36.
  6. Шерстобоев, В. Н. Илимская пашня: В 2-х т. Т. 1. Пашня Илимского воеводства ХVII  и начала ХVIII века. – 2-е изд. - Иркутск, 2001. – 604 с