СтатьяПианино от Пахмутовой

Пианино от Пахмутовой

О  приезде  Александры Пахмутовой на Усть-Илим

      5 июля 1963 года к берегу Ангары поселка Усть-Илим причалили два катера -  «ГЭС-34» и «ГЭС-32». Катера тянули огромную баржу, на которой красовался чернополированный корпус пианино.

      Вот как описывали инструмент в своей книге «В Сибирь, за песнями!» Николай Добронравов и Сергей Гребенников: «…Её  звали «Кама»… «Кама» плыла по Ангаре… Верхняя рама с гравированным украшением. Резонансная дека покрыта лаком. Клавишный механизм усовершенствованной конструкции. Диапазон – 7 октав… И если взглянуть  с самолета, то выглядела бы она маленькой черной ласточкой, севшей на корму огромной баржи. Она действительно была ласточкой – первой музыкальной ласточкой, пробивающейся на далекий Усть-Илим».

      Кроме «Камы» в состав плавучего экипажа входили Александра Пахмутова, певцы Иосиф Кобзон и Виктор Кохно, поэты Николай Добронравов и Сергей Гребенников, а также главный диспетчер строительства Усть-Илима Фрэд Юсфин.

      После горячего приема, начался концерт, который собрал всех жителей поселка: «Сцена – небольшая часть баржи между пианино и ящиками с запчастями для машин и экскаваторов. Вместо софитов и театральных фонарей прожектор с катера освещал лица артистов. Между баржей и берегом, словно оркестровая яма, зияла черная неподвижная ангарская вода. А на берегу партер, амфитеатр и балкон обозначены были только горящими высокими кострами.

      Тишина… Наверное, ни один зрительный зал в мире не  может подарить артистам такого трепетного ожидания… Кохно в черном костюме, с черным накомарником на лице, освещенный тусклыми отблесками костров, напоминал молодого средневекового  рыцаря. А когда он пел «Письмо на Усть-Илим», казалось, что те самые зеленые звезды, о которых говорится в песне, вышли на небо, чтобы послушать песню о них…. И Кохно и Кобзон пели вдохновенно, их звонкие голоса неслись куда-то далеко-далеко в тайгу…» Так описывали концерт поэты Добронравов и Гребенников.

      И далее: «…Концерт уже шел. Но из тумана, стелющегося над рекой, все прибывали и прибывали остроносые моторки… Десять костров освещали «партер», «амфитеатр» и плавающие «ложи». Плавающие потому, что шлюпки выныривали из тумана отовсюду, прижимались к берегу и люди, не выходя из них, слушали песни, посвященные сибирякам».

      Песня «Письмо на Усть-Илим» была написана в Москве, задолго до того, как артисты приехали сюда. Она была написана даже до того, как первая бригада начала свои работы у створа будущей плотины.

      «Почему мы написали песню, даже  ни разу не побывав здесь? Почему именно об Усть-Илиме, а не о других местах, где мы уже все видели, казалось, досконально изучили «материал»? Почему эта песня стала едва ли не самой любимой у нас в сибирском цикле? – такие вопросы задавали себе Александра Пахмутова и Николай Добронравов. И не могли ответить на них.

      «Порой нам казалось, что песня эта существует сама по себе, как бы без нашего участия. Почему так случилось? Не знаем… Но, может быть, до нас тоже долетело эхо, чистое, стеклянное эхо с таежной реки Илим…»

       Гребенников, С. Т., Добронравов, Н. Н. В Сибирь, за песнями! - М., «Молодая гвардия», 1964.